Но рефлексы остались: уж очень они плотно закреплены. Прокручиваешь, хорошо ли ребенок одет и обут, не испачкал ли по дороге пиджак, надо ли цветы или отдать деньгами (помните такую народную инициативу?), когда будет расписание, продолжать ли наши внешкольные занятия и куда их вписать, поменять репетитора или оставить, кто из детей перевелся а кто остался, пора собирать деньги на выпускной, и кто это будет делать, и наконец надо ли провожать в школу или пусть уже сам(а). А потом вдруг, блин, да школа же все!
Когда Жорик пошел в первый класс 1го сентября, старшеклассница отвела его не в тот класс. А поскольку он своих однокоассников еще не знал, то и сидел тамспокойно. В общем, искали его всем руководящим составом с объявлением по громкоговорителю. Кстати, нашла его я, каким-то жтим самым материнским чувством, и быстро.
И вот я без всего этого. Смотрю на детей с цветами и их встревоженных родителей (только что видела Максима Виторгана у школы, он тоже был встревожен), и чувствую одновременно облегчение, опустошенность и годами закрепленную тревогу.
PS. Сказажу проще: я не любила школу, ни когда училась сама, ни когда учились дети. Я рада, что мне туда больше не надо.